ВСЕ МЫ ПРЕКРАСНЫЕ ЛЮДИ
19 Октября 2015 в 19:00
Театр Эстония 3 ч

ВСЕ МЫ ПРЕКРАСНЫЕ ЛЮДИ

Театр им.Ленсовета (Санкт-Петербург)
Фестиваль Золотая Маска в Эстонии

19 и 20 октября Театр Эстония 19.00
Театр им.Ленсовета (Санкт-Петербург)
ВСЕ МЫ ПРЕКРАСНЫЕ ЛЮДИ

комедия
по пьесе Ивана Тургенева «Месяц в деревне»
 

Режиссер-постановщик: Юрий Бутусов
Ассистенты режиссера: Мария Романова, Роман Кочержевский
Художник: Виктор Шилькрот
Художник по костюмам: Екатерина Галактионова
Балетмейстер: Николай Реутов
Художник по свету: Евгений Виноградов

Артисты: Антон Багров, Анна Ковальчук, Анастасия Дюкова, Лаура Пицхелаури, Галина Субботина, Максим Ханжов, Сергей Перегудов, Иван Бровин, Роман Кочержевский, Григорий Чабан, Роман Баранов, Мария Синяева

Комедия «Месяц в деревне» — одна из самых репертуарных пьес русского театра, в ней есть острая интрига, разнообразие характеров, глубина чувств. В благочестивом семействе помещика Ислаева появляется молодой, симпатичный домашний учитель, студент Алексей Николаевич Беляев. Он сразу привлекает внимание всех молодых женщин имения, от юных — служанки Кати и воспитанницы Верочки — до благополучной хозяйки дома Натальи Петровны. По мере того, как разгораются страсти, милый гостеприимный дом Ислаевых утрачивает привычный, спокойный, размеренный уклад. Все женщины становятся излишне взвинчены, мужчины – подозрительны. Наталья Петровна в свое время вышла замуж за добропорядочного человека, родила сына Колю, и жили они вполне счастливо. Да, огромной всепоглощающей любви между супругами не случилось. И вдруг это чувство настигло, «накрыло» героиню — и все понеслось под откос, уже ни сын, ни муж не берутся в расчет, всю свою жизнь целиком она готова отдать Беляеву. Но Беляеву не нужна ни ее жизнь, ни ее убийственная страстная любовь. Он попросту сбежит от Натальи Петровны. Она спаслась, не совершила роковую ошибку. Но — не известно, что лучше: чтобы случилось или чтобы не случилось. Кто знает? Наверное, все-таки лучше – для полноты жизни – любовь, страсть испытать, иначе – зачем мы здесь?
Не было бы счастья, да несчастье помогло. Евгений Марчелли начал ставить в Театре им. Ленсовета знаменитую комедию Тургенева «Месяц в деревне». Дело разладилось, когда уже изготовили декорации. Главный режиссер Юрий Бутусов, который и так уже много чего снял с репертуара, а кое-какие проекты закрыл на стадии репетиций, не мог себе позволить закрыть еще и этот. Уж не говоря о том, что спектакль с Анной Ковальчук весьма полезен в рассуждении кассы. В общем, Бутусов взялся выпустить премьеру сам — за 12 дней почти круглосуточных репетиций.
В театре нередко бывает, что экстремальные условия способствуют художественному результату. Сдавленная струя сильнее бьет. Так и вышло.
Фирменный бутусовский метод: разрушить форму автора, чтобы вылущить его суть, − на сей раз оказался особенно эффективным. Разумеется, Тургенев − классик, великий русский писатель из школьной программы, и все такое. Но ни играть «один в один», ни даже читать сейчас «Месяц в деревне» невозможно.
Бутусов переставил сцены местами, кое-какие повторяет на разные лады, показывая, как одни и те же реплики (например, та, что вынесена в название спектакля) могут иметь разный смысл − как в жизни. Живая жизнь, правда взаимоотношений мощной волной подхватила старую пьесу, завертела, сломала, но это сделало ее современной, уничтожило дистанцию между хрестоматийным текстом − и нами.
Стремительный коллаж, сложенный, как всегда у Бутусова, по не линейной, но поэтической логике, каким-то загадочным образом вызывает твое личное душевное волнение, умозрительная история 1850 года начинает как-то тебя касаться. Один из мотивов «Месяца в деревне» Тургенев перенес в повесть «Переписка»: «Любовь − болезнь… обыкновенно она овладевает человеком без спроса, внезапно, против его воли − ни дать ни взять холера или лихорадка». Когда Наталья Петровна с криком: «Он должен уехать!» − прямо в пальто с размаху плюхается в ванну с водой, мы почти физически ощущаем: градус ее лихорадки к этому моменту таков, что только так и можно хоть чуть-чуть охладиться.

газета «Деловой Петербург»


От зрителей требуется прочтение интертекста, соединяющего культуру прошлых веков и современную. В заглавие вынесена переиначенная фраза героини, которую она произносит в финале, ставя последнюю точку. У Тургенева в этой фразе заложен подтекст: «Все вы прекрасные люди… все, все… и между тем ...». Бутусов, заменив местоимение «вы» на «мы» вкладывает свой подтекст, давая публике свободу интерпретации, что в современном театре немаловажно. В этом, безусловно, авторском спектакле с мощным игровым началом, исполненным горькой и печальной иронии, главным является актер, какую бы роль он ни играл. Никогда еще не была столь великолепна Анна Ковальчук (Наталья Петровна). Она идеально подошла для замысла режиссера, соединив в себе томную тургеневскую даму с резкостью и нервозностью современной женщины. Ее переходы из одного состояния в другое происходят без малейшего шва, отражаясь на манере речи, поведении, наконец, на умении носить костюмы. На ней столь же органичны джинсы, как и платья с кринолином.

«Независимая газета»


Сложно описать принципиальную двойственность интонации, достигнутую в спектакле. Это и сплав забавного и грустного (как в психологической драме), и гротеск, и параллельность, в которой независимо друг от друга есть и то, и другое, и клоунада, и драма. Эксцентрично читает по бумажке свекровь Анна Семеновна нервно-печальный монолог Натальи Петровны, стоящей молча рядом. Не может ни примириться со своим состоянием, ни выразить его влюбленный и брошенный Ракитин, пытающийся не потерять то, что вроде безвозвратно потеряно, и кажется, ему просто выть хочется. Считается, что внешне выражен в действии первый план, скрыт «в душе» второй. У Бутусова эти планы перемешиваются. Третий план дает музыка. Она становится разрешением напряжений, которые накапливаются в персонажах бессознательно; она снимает многозначительную психологическую серьезность, преодолевает литературность действия, предопределенную техникой драмы XIX века. Разнообразие музыки питает и огромное разнообразие интонаций. В программке названы 27 авторов, от Шуберта, Пуччини и Чайковского до «Нирваны», Елены Ваенги и, разумеется, Яна Тирсена, и этот микст, как ни парадоксально, не производит впечатления эклектики. Стиль Тирсена, автора музыки к фильму «Амели», игровой, грустно-убедительный и в то же время замысловатый, является определяющим.

Петербургский театральный журнал. Блог.


Без толку вспоминать, что пьесе «Месяц в деревне» больше 150 лет. Принято считать, будто тургеневский театр опередил свое время, забежал вперед и словно «скрипку подложил» под взлетевший «чеховский смычок». Но поэзия дворянского гнезда не пережила эпоху лопахинских топоров, ударивших-таки по вишневому саду, скрылась в заколоченном барском доме, канула в вечность. И появились мы, какие есть, сегодняшние, сотканные из иной материи, иной истории. «Все мы прекрасные люди» и желаем знать, где оно, наше нынешнее гнездо, где они – наши «ад» и «рай».

Журнал «Время культуры»

ПОДПИСАТЬСЯ НА РАССЫЛКУ